Владимир Путин подписал указ, который закрепляет за госкорпорацией «Ростех» санитарную авиацию как отдельное направление деятельности и открывает возможность продать третьим лицам акции подконтрольного ей оператора — АО «Национальная служба санитарной авиации» (НССА). Документ вступил в силу со дня подписания.
Поправки внесены в указ от 22 июля 2016 года № 356 о деятельности «Ростеха». Корпорации поручено содействовать выполнению санитарно-авиационных эвакуаций для нужд государственной и муниципальной систем здравоохранения, включая эксплуатацию воздушных судов с медицинскими изделиями и модулями, выполнение авиационных работ для оказания медицинской помощи, а также закупку и ремонт этих судов.
Одновременно наблюдательный совет «Ростеха» по согласованию с правительством получил право принимать решения об отчуждении третьим лицам акций двух компаний — АО «Калининградский янтарный комбинат» и АО «Национальная служба санитарной авиации».
Отдельным пунктом указ меняет порядок подготовки правовых актов об определении единственного поставщика услуг санитарной авиации. НССА может быть назначена единственным исполнителем при закупках авиационных работ для оказания медицинской помощи на территории России. До этого статус единственного поставщика компания получала точечными распоряжениями правительства — на 2025 и 2026 годы он действовал в 23 регионах.
Управляющий партнер TriTrace Investigations Илья Шуманов объяснил The Insider, что указ достраивает вокруг «Ростеха» замкнутый контур авиационного рынка — от производства вертолетов и двигателей до лизинга, эксплуатации и госзаказа без конкурса — и вытесняет с рынка санитарной авиации частных операторов, которые выигрывали у структур корпорации на конкурсах:
«Для „Ростеха“ это не новая история, хотя указ при всей своей юридической технике скрывает несколько важных блоков. Первое — за корпорацией официально закрепляется новое направление деятельности — санитарная авиация. И это касается не только транспортировки, но и оказания медицинской помощи на борту, использования медицинского оборудования, закупки судов. То есть полноценное направление, которого раньше у „Ростеха“ как такового не было. Важно и то, что подконтрольная ему „Национальная служба санитарной авиации“ начинает получать госконтракты без конкурса. В России сначала идет указ президента, а потом уже — подзаконные акты, которые это упорядочивают. Теперь „Ростех“ может формировать стратегию развития в целой отрасли медицинских услуг.
Почему это важно? Санитарная авиация сейчас — конкурентный рынок, где много игроков, находящихся в конкурентных отношениях со службой. Были попытки ее банкротства, антимонопольные иски, обращения к регуляторам, но с 2024 года „Ростех“ всё равно идет планово в сторону монополии. Объем рынка составляет около 20 млрд рублей, причем меньше половины приходилось на НССА, а Минздрав собирается расширять программу и говорит о более чем 100 тысячах санитарных эвакуаций за пятилетку — с 2025 по 2030 год. В 2022 году служба потеряла статус единственного поставщика, региональные контракты снова пошли через конкурсы, началась битва между частными компаниями и структурами „Ростеха“. Частные оказались гибче и начали побеждать. Новый указ фактически централизует модель и формирует основу для дальнейшей экспансии.
При этом у службы были финансовые проблемы. Часть контрактов оказалась убыточной, потому что маржа совсем небольшая, а эксплуатация вертолетов дорогая. Если вертолет выходит из строя, чинить его дорого, требуются инвестиции, а сами контракты не такие уж дорогие. В 2024 году даже пытались инициировать банкротство компании из-за проблем с выплатами подрядчикам.
Своих авиационных баз по регионам у „Ростеха“ нет. Я занимаюсь арктической частью России, и значительная часть контрактов приходится как раз на Арктику, где нет нормального сообщения, но есть большие расстояния. В ХМАО традиционно доминирует „ЮТэйр — Вертолётные услуги“. Причем еще с советского периода — у них своя медицинская лицензия, опыт и своя школа. В центральной России — „Русские вертолётные системы“ — самый сильный конкурент службы, где-то подрядчик, где-то соперник, с прямым пересечением по региональным программам. В Якутии есть „Комиавиатранс“ и „Полярные авиалинии“, на Ямале — объединенный авиаотряд и мелкие операторы. Это игроки с многолетним опытом организации санитарных рейсов и собственными площадками в северных нефтегазовых регионах, конкурировать с ними „Ростеху“ трудно.
Зато у него давняя мечта о консолидации всех авиационных активов, и база для этого уже есть — Red Wings, SkyGates, сама НССА, лизинговые и банковские структуры. Самое главное для „Ростеха“ — поддержание спроса, и здесь начинается самое интересное. Технику для санитарной авиации поставляют „Вертолёты России“ — главный производитель вертолетов в стране и часть той же корпорации. „Казанский вертолётный завод“ делает легкие машины, в Улан-Удэ производят Ми-8 и авионику; двигатели идут через Объединённую двигателестроительную корпорацию. Собирается полный контур — производство вертолетов, разработка двигателей и авионики, лизинг и поставка оборудования, „Новикомбанк“, эксплуатация через НССА, госконтракты через указ президента и доминирование над региональными субподрядчиками.
Это не единственный такой пример. То же самое было с „Нацимбио“, получившей статус единственного исполнителя закупок вакцин для национального календаря прививок. Есть монополизация экспорта вооружений через „Рособоронэкспорт“, калининградский янтарь, нефрит в Иркутской области. И есть совсем наглые вещи — вроде системы „Платон“ (где у „Ростеха“ доля), рынка твердых коммунальных отходов, гособоронзаказа.
Фактически внутри корпорации собирается авиационная вертикаль, где одна структура производит самолеты и вертолеты, передает технику в лизинг через финансовый сектор, который традиционно к госкорпорациям прямого отношения не имеет, и сама же эту технику эксплуатирует и обслуживает — в пассажирской, грузовой и санитарной авиации. Неделю назад заговорили о том, что Red Wings, SkyGates и НССА объединятся в отдельный холдинг. С „Аэрофлотом“ он конкурировать не будет, но при государственной накачке и доступе к российской технике (поскольку зарубежной нет) через десяток лет в случае изоляции России вполне может увеличить свою долю. Не стать самым главным, а просто увеличить долю — тем более, что туда входят еще „Ильюшин Финанс Ко.“ и Объединённая авиастроительная корпорация».
